Российское искусство не встроено в мировой рынок и является вторичным по отношению к искусству Европы, Америки и даже Китая. Дело в том, что российские художники брезгуют продвижением своих брендов и не желают относиться к своему творчеству, как к бизнесу. Тем не менее, у российского искусства есть хорошие перспективы для выхода на серьезный уровень, но для этого нужны новые художники, новые продюсеры, новые галереи и новые инвесторы. О тенденциях в российском искусстве Paradise Art рассказал основатель галереи Gridchinhall Сергей Гридчин.

Paradise Art:

Сергей, Вы занимаетесь арт-рынком России уже много лет. Как Вы думаете, что сейчас происходит в «русском арте»?

Сергей Гридчин:

На данный момент русское искусство находится на периферии и на то есть несколько причин. Искусство сильно зависит от экономики. Поскольку мы и в экономике занимаем не первое место, то и объем арт-рынка у нас весьма скромный. В 1990-х годах после распада Советского Союза у отечественных художников началась эйфория. Появился большой интерес извне к доселе закрытой стране, и художники получили возможность продавать свои работы. Причем цены были смешны для покупателя, но представляли весьма солидные суммы для продавца. Можно было продать картину за 200 долларов, и на эти деньги жить и поить друзей довольно продолжительное время.

С приходом «тучных 2000-х» у людей в России появились лишние деньги, и они стали покупать предметы искусства. Продавалось все, как горячие пирожки, цены выросли до небес. Создавалась иллюзия того, что российский рынок так и будет существовать и нет необходимости вписываться в международную инфраструктуру арт-рынка, поскольку здесь в России можно безбедно существовать.
Эта иллюзия развеялась с наступлением кризиса в 2008 году. Тогда спрос на искусство резко упал. Своего арт-рынка в России так и не появилось, а на международный российские художники толком не вышли. В результате нас там никто не знает.

Сергей Гридчин

Paradise Art:

О какой инфраструктуре Вы говорите?

Сергей Гридчин:

Нужно понимать, что вся арт-индустрия выстроена за границей. Это включает всю цепочку: учебные заведения, галереи, музеи, аукционные дома, некоммерческие институции, маркетинговые механизмы. Если ты в эту систему не вписываешься, тебя нет! Тебя никто не знает, а значит не купит. Получилось, что российские художники остались за бортом этого системного арт-рынка. Обратите внимание – кризис 2008 года больше ударил по европейской экономике, чем по российской, но арт-рынок там быстро выправился. А в России после кризиса его больше нет. Деньги – это важная часть арт-индустрии, без них невозможно развиваться или делать масштабные проекты.

Сергей Гридчин

Paradise Art:

Вы так настойчиво об этом говорите, как будто это неочевидно или кто-то с этим спорит.

Сергей Гридчин:

Как ни странно, в России этого не понимают. Здесь я постоянно слышу от художников, что их должны обеспечить заказами, выставками. Кто-то им все время что-то должен. Воспринимать арт как бизнес здесь упорно не хотят. Более того, чувствуется определенное пренебрежение по отношению к «коммерческому искусству».
В экономически развитых странах помимо коммерческого арт-рынка существуют фонды, предназначенные для поддержки художников. В такие фонды можно подавать заявки на гранты, если ты соответствуешь их требованиям, ты их получаешь. У фонда есть деньги и механизмы общественного контроля, которые призваны защищать тех, кто дает деньги, от тех, кто ими злоупотребляет. Такие институты весьма полезны для молодых художников, которых пока никто не знает. А некоторые всю жизнь сидят на этих грантах и производят арт-объекты, не ориентированные на продажу.

Но в России ничего подобного нет, а воспользоваться соответствующими зарубежными фондами здешние художники не могут. Во-первых, их не особенно воспринимают, а во-вторых, россияне в большинстве своем просто не знают о существовании таких фондов, либо не владеют английским. Учитывая все это, для российских художников остается только одно – искусство как бизнес с выстраиванием бренда, системы маркетинга и продвижения. Чем раньше художники поймут, что надо менять отношение к своей деятельности, тем лучше.

Сергей Гридчин

Paradise Art:

Это то, что должно произойти со стороны «эмитента арт-объекта» – художника. Но есть еще инвесторы, то есть покупатели предметов искусства, которые надеются, что их приобретения со временем вырастут в цене. Что бы сказал нашим коллекционерам этакий Уоррен Баффет арт-рынка?

Сергей Гридчин:

Сказал бы: «И правильно делаете, что не покупаете, российский арт!» С чего вдруг за предметы искусства, произведенные здесь, платить ту или иную цену? Как вообще ее определить? На сегодняшний день у нас с 1990-х годов в плане ценообразования ничего не изменилось: сколько дадут за картину, столько она и стоит. Понятие справедливой цены как таковое отсутствует. Конечно, можно просто купить то, что нравится, повесить на стенку и радоваться. Но когда люди тратят значительные суммы на произведения искусства, они хотят понимать, за что платят. Тогда арт становится не только удовольствием, но и инвестицией. А в этом случае покупатель хочет, чтобы арт-объект был активом, который при желании можно продать, причем желательно дороже, чем он был куплен. Как определить цену?

На любой товар, будь то нефть, металлы, зерно или ценные бумаги, цена устанавливается на бирже. Арт-объекты ничем не хуже: здесь есть свои биржи – аукционные дома. И по международной базе Artprice можно отследить историю того или иного художника и его работ. Как они продавались, какова динамика цен на его работы. На основе этой информации можно сформировать представление о том, сколько тот или иной художник может стоить. Существует арт-продукция для разных сегментов покупателей – для элиты, для тех, кто поскромнее. Я сам видел в Лондоне работы одних и тех же художников, ориентированные на разные возможности потребителей. Там эта система давно работает, а мы, к сожалению, оказались в болоте.

Paradise Art:

И что же нам теперь делать? Срочно создавать свой арт-рынок или пытаться вписаться в западный? Не поздно ли?

Сергей Гридчин:

Как и в бизнесе здесь есть локальный рынок, а есть глобальный. Хочешь вписаться в инфраструктуру, которая уже создана в мире – считайся с принятыми там правилами! Можно выстроить эту систему здесь в России, перспективы есть: нас все-таки 140 миллионов, мы – большая страна, потенциально большая экономика. Главное помнить, что локальный арт-рынок должен стыковаться с существующим на Западе, поскольку основной рынок все-таки там. Так же, как в других отраслях экономики: отечественные компании сначала растут здесь, а потом из частных превращаются в публичные. Тогда они решают, где разместить IPO – здесь на Московской бирже, в Лондоне, Гонконге или Нью-Йорке. То же самое должно происходить и с арт-рынком: это публичная сфера и художники будут выбирать, где торговаться – здесь или за границей. Только цена входного билета разная – там дороже. Поэтому создавать арт-инфраструктуру здесь, конечно, нужно. Это вполне реально и не так уж сложно.

Paradise Art:

Что для этого нужно?

Сергей Гридчин:

Чтобы сами участники рынка были в этом заинтересованы. У меня складывается впечатление, что такого интереса нет. Я считаю, что это наследие Советского Союза: с одной стороны – все хотят денег, а с другой – игнорируют или свысока смотрят на рыночные механизмы.
А чем сфера искусства отличается от фэшн-индустрии? Есть определенная специфика, но, по сути, это такой же бизнес со своими брендами. Одни более узнаваемы, другие менее узнаваемы и от этого зависит их капитализация. А коль скоро мы подходим к искусству, как к бизнесу, надо играть по правилам бизнеса: необходимо продвижение бренда, маркетинг, продукт и т.д. Но отечественные художники не продвигают свои бренды. Тогда у меня вопрос: с какой стати они будут дорожать? Купить их работы можно, а продать?
Понятно, что маркетингом вряд ли должен заниматься сам художник (иначе, когда ему заниматься искусством?). Это все-таки особый вид деятельности, требующий специальных знаний. Но сам художник должен понимать, что это нужно и привлекать соответствующих людей. Я полагаю, что к этому все идет.
Тогда и у коллекционеров появятся инвестиционные стратегии – кого стоит покупать, как оценивать художников, как подогревать интерес к работам, которыми они уже владеют.

Российскому арт-рынку нужна полная перезагрузка: нужны новые художники, новые галеристы, музеи, аукционные дома и т.д. И это движение уже началось.

Автор: Гершон Коган, 10.06.2018

Syuzanna Kamara

Tel: +7-962-935-67-77 (RUSSIA)
Tel: +1(646)823-82-41 (USA)
Mail: paradisearts@yandex.ru
Instagram: paradiseart_4u
www.paradise-artgroup.com